Логотип
Подписной индекс:
83218
Логотип
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРА
ИСКУССТВО
Выпуски
Рубрики
О журнале
Редакция
Ссылки

  Рег. номер:
  C1571 от 18
  декабря 1996г.

  Адрес: 443056,
  Россия,
  г.Самара,
  ул.Скляренко,
  д.17-9

  Телефоны:
(8462) 35-59-56
(8462) 59-69-14

А.Ф.Токарев

Мой дедушка по мужской линии, Ананий Филиппович Токарев (1883-1961 г.г.) был потомственным крестьянином.

Родился он на саратовщине, в селе Озерки Петровского района. Рано женился. Имел четверых детей. В начале первой мировой войны был солдатом-артиллеристом Юго-Западного фронта. Начальником штаба этого фронта был в то время генерал от инфантерии Михаил Васильевич Алексеев (1857-1918 г.г.), окончивший академию Генерального штаба.

В 1916-м году мой дедушка в числе десяти храбрых солдат из крестьян был отозван с фронта в Петроград, для пополнения Преображенского лейб-гвардии полка. Сформирован он был Петром Первым в конце XVII века из потешных войск в селе Преображенское под Москвой. Ананий Филиппович гордился тем, что этот полк отличился во многих сражениях. Он участвовал в Северной войне 1700-1721 г.г., в Персидском походе Петра Первого, в русско-турецких войнах 1735-1739 и 1877-1878 г.г., в войнах с наполеоновской Францией в 1806-1807 г.г., Отечественной войне 1812 года и заграничных походах русской армии 1813-1814 г.г., в первой мировой войне. На головных уборах личного состава полка имелись почетные надписи. Рядовой состав полка принимал активное участие в низвержении царизма и в Великой Октябрьской социалистической революции.

По словам дедушки, пополнение отбирал генерал М. Ф. Алексеев из числа крестьян-фронтовиков большой физической силы, красивой внешности, стройных, голубоглазых, с горбинкой в середине носа. Солдатам осточертела эта бессмысленная война, их манила сытая жизнь в столице.

После соответствующей проверки политической благонадежности и карантина, фронтовики оказались в Петрограде. Весьма необычной была служба в новом полку. Солдаты его, кроме боевой подготовки, охраняли царскую семью, правительство, государственные учреждения.

Часто рассказывал нам дедушка о пьяных разгулах Распутина, об императрице Александре Федоровне, фрейлине двора - А. А. Вырубовой, обо всей придворной камарилье, назначавшей и смещавшей министров, командующих фронтами и губернаторов. Большую силу имели тогда безграмотные записки, письма и телеграммы Григория Распутина.

Став учителем истории, я с большим вниманием продолжал слушать эти воспоминания.

Однажды дедушка рассказал мне об интересном эпизоде, случившемся с ним на посту у царского кабинета, а потом в столовой. Это было незадолго до Февральской революции 1917 года. В кабинет вошел А. Д. Протопопов - симбирский фабрикант, основатель "Союза фабрикантов", министр внутренних дел. Дверь оказалась немного открытой, и весь разговор был хорошо слышен.

- Опять нашли чугунную отливку, - докладывал министр. - На обороте ее помечена уже другая фамилия. Кто же ее настоящий автор?

Вскоре, после ухода министра, был обед царской семьи. Николай II, в нарушение воинского устава, пригласил к столу часового и стал его обильно угощать. Дедушка очень смутился, но не отказался от предложенных яств. Царь подробно расспрашивал его о службе, о хозяйстве, пришедшем в упадок к концу войны. Из беседы стало ясно, что Николай II лично проверял все его письма.

-Гвардии рядовой Токарев, - спросил царь, - почему так сильно любит крестьянин лошадь?

- Да ведь, она его кормилица, - ответил настороженно дед.

Лошадь

Рука его потянулась к лежавшему на столе чугунному барельефу лошадиной головы с секретом. Что же он означал? Это стало загадкой для дедушки на всю жизнь. В память об этом разговоре он бережно хранил золотую пятирублевку, подаренную царем по случаю гибели его лошади. Николай II, чтобы утешить горе дедушки, вызвал в столицу его жену.

Прошли годы. И вот нелепая случайность вновь напомнила мне об этом.

Лошадиная голова, обращенная влево, и стилизованная уздечка, которые вы видите на фотографии, вероятно, не принадлежат к шедевру ювелирного искусства. Этот шедевр народной мудрости родился в мастерской художественного литья.

Николай II

При повороте этой отливки, размером в среднюю человеческую ладонь, на девяносто градусов по часовой стрелке - обнаруживаешь невероятное зрелище. Там, где виднелась ранее грива, ясно различаешь усы и бороду, а на месте ноздрей лошади появляется стилизованная корона.

- "Да ведь, это же Николай II!" - подумал я с удивлением, увидев этот диковинный портрет работы неизвестного у бывшего адвоката, члена коллегии защитников Самарского областного суда Михаила Александровича Благомыслова. Хозяин его и не подозревал об этом. Оборотная сторона барельефа, напоминающая вдавленный сапог, не один десяток лет использовалась в качестве пепельницы.

Только при тщательном осмотре оборотной стороны отливки я обнаружил бугорки из черного лака. Осторожно удалив их ацетоном, с волнением читаю две короткие записи. Мне казалось тогда, что, покрытые лаком, они были надежно законспирированы от царских ищеек. Кто же он, замечательный мастер, отливший этот достаточно тяжелый чугунный барельеф? В небольшом продолговатом клейме оборотной стороны он поставил свое имя: "Т. Тепляковъ". Чуть выше, в другом картуше, читаем: "Кас. з. 1896". Это означает, что барельеф-пародия выпущен Каслинским заводом в 1896 году, когда происходила коронация царя Николая II.

Эти торжества хорошо описал в своих мемуарах очевидец, бывший гвардейский офицер Б. А. Энгельгардт: "...День выдался на славу, на небе ни облачка, яркое солнце играло на золотых куполах церквей, на ярком убранстве улиц, на блестящих мундирах войск и придворных... Когда царь появился на крыльце (Петровского) дворца, грянул первый сигнальный пушечный выстрел и головная часть процессии тронулась в путь...

Впереди двигалась длинная колонна конных частей. Возглавлял ее московский полицмейстер со взводом жандармов. На некотором расстоянии за ними шли императорский конвой, сотни кубанцев и терцев, в красных черкесках, все - молодец к молодцу на подбор, на прекрасных лошадях. Дальше шли лейб-казаки в красных мундирах и лейб-атаманцы - в синих, с длинными пиками в руках. А за этими войсковыми частями двигались представители киргизов, калмыков, узбеков, бухарцев, хивинцев, все в красочных национальных костюмах, на богато убранных конях. Дальше ехали депутаты казачьих войск... Конную колонну сменила пешая - длинный поток придворных служащих: скороходы со страусовыми перьями на причудливых головных уборах, придворные лакеи в треуголках, все в расшитых золотом камзолах, придворные музыканты и, наконец, чины царской охоты - в кафтанах с кинжалом на поясе. За ними в парадной коляске ехал верховный церемониймейстер... князь Долгорукий... Николаю II подвели белую лошадь, по традиции кованную на серебряные подковы. Он сел в седло, и тогда раздался второй выстрел. В момент выезда царя из ворот дворца - прозвучал третий, и на него общим звоном ответили колокола всех московских церквей. И в тот же миг со звоном колоколов слилось "ура" многотысячной толпы... Красная площадь была заполнена волостными старшинами, войтами и старостами..., с медалями на груди на шее. От площади по направлению к Кремлевским воротам тянулись ряды "преображенцев". Вдоль красных помостов стояли кавалергарды и конногвардейцы в красных супервестах... Кроме многочисленных депутаций от сословий, народностей и племен необъятной Российской империи, на коронации присутствовали представители монархов и глав государств со всех концов земного шара... В тот же день имел место традиционный обед в Грановитой палате... Церемония обеда началась с подношения царю золотой медали, выбитой в память коронации..." / Б. А. Энгельгардт. Последняя коронация. Историческая повесть. Таллинн, СП Интербук, 1990, с. 5-9, 13-14 /.

В память коронации были выпущены серебряный рубль и наградная медаль с рельефным портретом Николая II. Эти реликвии имеются в моей коллекции.

Талантливый уральский мастер по-своему решил отметить эту знаменательную дату в жизни российского кровопийцы. "Народное гулянье" на Ходынском поле привело, как известно, к страшной катастрофе. 2700 человек было искалечено в ходе грандиозной давки за царскими подарками. Более половины из них умерло. Таков был первый шаг к трону ничем не примечательного пехотного полковника-самодержца.

Внимательный читатель, надеюсь, достойно оценит воплощение этой идеи в чугунной отливке с реестровым номером 1.

После смерти М. А. Благомыслова его вдова Софья Михайловна, заслуженный врач РСФСР, подарила мне эту вещь. По завещанию мужа она хотела передать и фотографии Федора Ивановича Шаляпина с его автографами, но в этот момент их не нашла. При этом добавила, что после ее смерти приемная дочь передаст мне и другие фотографии знаменитого певца, подаренные ей в молодости с дарственными надписями на лицевых сторонах.

10 февраля 1972 года подруга покойной С. М. Благомысловой, врач Софья Яковлевна Лютенберг, передала мне такой же чугунный барельеф, но не покрытый лаком. Он хранился в семье в качестве настольного пресса. Летом 1968 года я отдыхал с ней на турбазе "Солнечная поляна". В один из прохладных дней сидели во дворе базы. Я поинтересовался тогда у преподавателя с Безымянки о реакции школьников на мою коротенькую заметку в "Волжском комсомольце" от 21 июня 1967 года за № 121(8141) "Лошадиная голова - портрет... царя". Никто из присутствующих, к сожалению, ее не читал. Софья Яковлевна, услышав разговор, сказала, что у нее есть такой же барельеф, но только 1889 года.

7 января 1970 года, будучи в Государственном Эрмитаже я узнал, что старинное каслинское литье лаком не покрывалось. Об этом сказала мне главный хранитель отдела истории русской культуры Татьяна Михайловна Соколова, неоднократно видевшая в молодости Николая II. Она хотела приобрести барельеф для музея, в котором имеется множество карикатурных изделий каслинских умельцев, но нет такой вещи и с ней никто не знаком. Не знает о ней и специалист по русскому художественному литью Мария Даниловна Малченко.

Еще раньше, 16 декабря 1967 года, заведующий отделом информации редакции газеты "Челябинский рабочий" Л. Вайнштейн сообщил, что моя заметка "Барельеф - пародия" будет опубликована на одной из субботних страниц. До сих пор она, почему-то, не опубликована. В том же году местный кинооператор говорил мне, что найденная им подобная вещь была подарена до войны музею художественного литья при Каслинском чугунолитейном заводе.

На оборотной стороне второго барельефа 1889 года с реестровым № 14 отлично сохранился оттиск эмблемы знаменитого Каслинского завода (на первом она видна слабее), а рядом с ним строка: "С. Голуновъ".

Я позволю себе привести содержание кратких сообщений в печати по этому вопросу других авторов.

В "Учительской газете" от 16 ноября 1971 года за № 134(6424) в заметке "Барельеф с секретом" из города Лысьва Пермской области без подписи автора сообщалось: "Умный не выдаст, дурак не догадается. "Видимо, с таким расчетом мастер Каслинского завода Михайлов в 1889 году отлил из чугуна несколько стереотипов барельефа лошадиной головы. Не в пример прочим изделиям каслинских умельцев, эта отливка художественными достоинствами не блистала. Она была примечательна другим: стоило повернуть барельеф под определенным углом, и лошадиная морда превращалась в профильный портрет... императора Александра III.

Это была злая политическая карикатура на предпоследнего Романова - тупицу и солдафона, получившего в народе прозвище "Конская башка".

Неизвестно, сколько отливок сделал мастер, полагают, - не более десятка. Одна из них, обнаруженная в старинном уральском городе Лысьва, пополнила экспозицию местного народного музея.

В газете "Труд" от 3 февраля 1972 года за № 28(15548) в заметке "Карикатура из... чугуна" из того же города за подписью А. Никитина приводятся другие, не менее интересные детали:

"Редчайший барельеф из чугуна поступил в коллекцию народного музея Лысьвенского металлургического завода. Барельеф представляет собой старинную политическую карикатуру на царя Александра III и выполнен в оригинальной манере. Если барельеф расположить горизонтально, он изображает голову лошади. Но, если поставить его вертикально, то лошадиная голова вмиг превращается в портрет усатого самодержца с полушариями короны на голове. Столь необычное превращение одной головы в другую избрано не случайно: Александр III получил в народе прозвище "Конская голова" за тугодумство и увлечение лошадьми.

Кто был автором столь дерзкой карикатуры? Был он человеком смелым и не скрывал своего имени. На оборотной стороне чугунного барельефа сохранился оттиск эмблемы знаменитых каслинских промыслов, а рядом с ней строка: "С. Голяковъ. 1889 г." Жандармы по всей России изыскивали эти - поистине вечные карикатуры. Но, как видим, это оказалось им не по силам".

В приложении к "Известиям" (" Неделя" за № 32 (1376) 1986 года) на 12-й странице, в заметке "Чья голова?" за подписью Н.Макарова приводятся более конкретные факты:

"В музее Лысьвинского металлургического завода (Пермская область) есть любопытный экспонат - голова лошади. Отлита она во времена царствования Александра III. На первый взгляд отливка ничем не примечательна. Но, если повернуть эту голову на 90 градусов, то вы увидите совсем другое - изображение Александра III.

Кто же был тот отважный человек, который решился отлить смелую карикатуру на царя? На обратной стороне отливки указана фамилия - "С. Толяков". Но работники музея склонны считать, что это псевдоним известного мастера Н. Тетлякова".

28 марта 1984 года по Центральному телевидению в программе "Время" шла передача о выставке в Москве предметов Каслинского литья. В конце ее комментатор показала стереотипный барельеф лошадиной головы и сказала, что это карикатурный портрет Николая II. На основании вышеизложенного, можно сделать следующие выводы: карикатурный барельеф 1889 года изготовлен в количестве не менее 14 экземпляров, а барельеф 1896 года пока известен в одном экземпляре. Остается неизвестным подлинное имя автора, т. к. все упомянутые изделия подписаны псевдонимами. Поскольку профили последних представителей дома Романовых несколько совпадали, автор, вероятно, использовал прежнюю форму и для второй отливки 1896 года, немного изменив ее в деталях оборотной стороны. Подобных вещей нет пока в фондах музеев Москвы, Санкт-Петербурга и Поволжья. Остается загадочным появление их в Самаре.

Как же сложилась дальнейшая судьба А. Ф. Токарева?

Как было уже сказано выше, солдаты принимали активное участие в свержении самодержавия.

26 февраля 1917 года рабочие столицы перешли от всеобщей политической стачки к вооруженному восстанию. На сторону революции стали переходить солдаты петроградского гарнизона. Первыми перешли на сторону народа солдаты 4-й роты Павловского полка, затем - Волынский, Литовский, Преображенский и Московский полки. На стороне восставших оказался почти весь гарнизон Петрограда. Рабочие и революционные солдаты захватывали оружие, правительственные учреждения, арестовывали министров и чиновников, громили полицейские участки, освобождали политических заключенных. 27 февраля революция победила в столице. В короткий срок была ликвидирована старая власть и на местах. По образному выражению В. И. Ленина, "телега залитой кровью и грязью романовской монархии" (Л., ПСС, т. 31, с. 13) опрокинулась сразу и навсегда.

В Петропавловской крепости, "твердыне власти роковой", как ее назвал А. С. Пушкин, оказались некоторые царские министры. Вместе с другим гвардейцем мой дедушка произвел арест последнего царского министра путей сообщения А. А. Кригер-Войновского. Через несколько дней после домашнего ареста они доставили его в эту крепость. Этот эпизод до сих пор не описан историками.

В связи с этим, Демьян Бедный написал сатирическое стихотворение:

"Власть " тосковала по "твердыне",
"Твердыня" плакала по "власти".
К довольству общему, отныне
В одно слилися обе части.
Всяк справедливостью утешен:
"Власть" в подходящей обстановке.
Какое зрелище: повешен
Палач на собственной веревке!
(Д. Бедный. Собр. соч. в 5 томах, т. 1, с. 338).

Арестованный бывший царь Николай II вместе с семьей был доставлен в Царское село (ныне город Пушкин), где его поместили под охраной в Александровском дворце. Здесь моему дедушке довелось в последний раз охранять арестованного Николая II и его сына Алексея. Иногда он выводил их на прогулки в сад и к озеру. По словам дедушки, Николай II был в то время очень угрюмым, воздерживался от разговоров. Свергнутый Февральской революцией, он был расстрелян в 1918 году в Екатеринбурге по решению Уральского областного Совета.

Дед и внук Токаревы После Февральской революции А. Ф. Токарев неоднократно слушал выступления В. И. Ленина с балкона особняка Кшесинской, был на встрече с ним в составе делегации от полка. Накануне Великого Октября дедушка уехал на родину по семейным обстоятельствам. Так закончилась его воинская служба. Будучи участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, он в последний раз посетил Ленинград. Все пережитое им на фронте, в февральские, июньские и июльские дни 1917 года в столице повлияло и на воспитание его потомков. Его дочь, две внучки и два внука окончили Куйбышевский пединститут. Двое из них стали историками. С 1938 по 1961 годы Ананий Филиппович жил и работал в Куйбышеве. В моей памяти он остался очень честным, правдивым и трудолюбивым человеком. Его дочь Мария награждена орденом Трудового Красного Знамени к 30-летию ВЛКСМ, а один из внуков (Владимир) - орденом Отечественной Войны I и II степеней. Мой отец - агроном был ударником первых пятилеток, погиб на фронте под Москвой. Другие внуки и правнуки окончили Куйбышевский Государственный университет и политехнический институт.


Краевед В. Токарев

 

Главная

Наверх

Содержание выпуска

 Web_мастер  
Дизайн - группа "ВебМонтаж".
© 2000, Самарская Лука.