Логотип
Подписной индекс:
83218
Логотип
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРА
ИСКУССТВО
Выпуски
Рубрики
О журнале
Редакция
Ссылки

  Рег. номер:
  C1571 от 18
  декабря 1996г.

  Адрес: 443056,
  Россия,
  г.Самара,
  ул.Скляренко,
  д.17-9

  Телефоны:
(8462) 35-59-56
(8462) 59-69-14

foto14 Среди бесчисленного множества достопримечательностей Самарской Луки особым многообразием и уникальностью природных ландшафтов выделяется долина Ширяевского буерака. Его извилистая лента длинной в 35 километров протянулась через тело Самарской Луки. Являясь самым крупным оврагом на её территории, он буквально начинён самыми живописными и неповторимыми уголками, которые не прекращают удивлять своим великолепием любого попавшего сюда человека. Побывав хоть раз в здешних местах, избавиться от соблазна вернуться сюда вновь - невозможно.

Ширяевский овраг - огромная долина сложного происхождения. Начинается овраг в центре Самарской Луки и, пересекая её в широтном направлении, делит на две почти одинаковые части. В верховьях, долина похожа на обычную балку, поросшую лесом, и представляет собой ложбину эрозионного происхождения, прорезающую толщи пород палеозойского и мезозойского возраста, возникшие 200-300 миллионов лет назад.

По пути продвижения к своему устью, Ширяевская долина то расширяется до значительных размеров, то резко сужается, становясь зажатой среди своих склонов, делая при этом порой крутые повороты. Дело в том, что ниже кордона Чуракайка овраг можно назвать тектонической трещиной. Это особенно ярко заметно, как на протяжении одного километра долина меняет своё направление в районе Каменной Чаши с северного на юго-восточное. В нижней - устьевой части - овраг максимально расширяется до 2 километров.

В долине Ширяевского оврага собрано всё, чем богата природа этих краёв - родники, скалы, каменистые степи, разные типы лесов, в том числе берёзовые и сосновые. Как по цепочке, следуют друг за другом более пятнадцати памятников природы. В верховьях находятся родники Верховой и Ширяевский, в средней части - урочище Чуракайка, овраг Хмелевой, далее - геологические памятники -Лисьи норы (пещеры) и Большой Ширяевский грот. Через три километра - крупнейший родник Самарской Луки - Каменная Чаша. В этом месте постоянного паломничества туристов и любителей природной воды в 1998 году установили срубовую часовню.

На берегу реки Волги и вглубь расширенного устья Ширяевского оврага раскинулось село Ширяево. Окрестности села не менее интересны, чем сам Ширяевский буерак.

По обеим сторонам оврага к Волге спускаются две вершины: слева (если стоять лицом к Волге) - Попова гора, справа - Монастырская. Сохранилось воспоминание о существовании к югу от села Ширяево мужского монастыря, память о нём хранит топонимика места: гора Монастырская некогда принадлежала этой обители. Склоны обеих гор изрезаны овражками и лощинами, заросли лесом, с их вершин открывается огромный кругозор во все стороны и большую часть видимого пространства занимает широкая долина "междугорья" с посёлком. Поверхность дна долины между вершинами совершенно плоская и лишь слегка наклонена в сторону Волги. Эта плоскость как бы подпирает склоны гор, что говорит о более раннем их образовании. Толща долин состоит из чередования морских и континентальных пород и имеет мощность до 200 метров. Под нею скрыта нижняя часть склонов Жигулёвских гор и дно оврага. На поверхности сохранилась примерно половина гор. Но и эта их верхняя часть выглядит величественно и производит сильное впечатление.

Село Ширеяво,  затон и гора Монастырская в 1989 году. В центре-Богоявленская церковь
Село Ширеяво, затон и г.Монастырская в 1989 году. В центре - Богоявленская церковь.
Гора Монастырская.
Г.Монастырская. Село в 1998 году. На месте церкви теперь стоит памятник погибшим на фронтах Великой Отечественной войны.

Первое упоминание о селении в исторических документах относится к 1643-1645 годам. Как видно из проведенной переписи населенных пунктов Самарского уезда в 1б47году, село Ширяево принадлежало помещику Филатову и было известно под именем деревни Ширяев Буерак. Тогда в ней проживало "67 крестьян, бобылей и захребетников с семьями, причём у некоторых из них во дворе находились работники и гулящие люди". В XVIII веке местность попала под власть графов Орловых. Название села неоднократно менялось: деревня Ширяева, Ширяевка, село Ширяевское. С построением деревянной церкви в 1894 году, село официально стало называться Богоявленским. Церковь просуществовала недолго и была разобрана на стройматериалы еще до 1940 года.

В 1923 году у Ширяева, по левую сторону оврага в урочище Попова гора, экспедицией Общества истории, археологии, этнографии и естествознания под руководством В.В.Гольмстен были найдены следы селища ранней железной эпохи (черепки с орнаментами), принадлежавшего поселениям ананьинской культуры белогорского типа (VIII - VII вв. до н.э.). Такие археологические памятники многочисленны на Самарской Луке: городища Лысой горы в Морквашах, на Задельной, Белой горах.

Описание окрестностей села Ширяево в Жигулях можно найти в записках голландского живописца и путешественника Корнилия де Бруина, увидевшего эти места в мае 1703 года. В его книге есть строки: "В 9 часов, поворотив к юго-западу, заметили справа равнину между высоких гор, а затем селение Серый Буерак, лежащие в 20 верстах от Самары. Наши люди выходили туда за продовольствием, и река в этом месте была очень широка". В перевод текста с французского закралась ошибка. Слово "Ширяевский", записанное французом со слов местных жителей сочетанием "Siera", затем уже в XIX веке было переведено обратно на русский как "Серый" - видимо, столичные переводчики не удосужились взглянуть на карты данной местности. Позднее эта ошибка была обнаружена, и в публикациях записок на русском языке появился соответствующий комментарий.

Название села обусловлено его расположением в Ширяевском буераке и является производным от этого топонима. Само название оврага, видимо, связано с его размерами. Ширина устья, где располагается село, в некоторых местах достигает значительной величины. Русское диалектное ширяй -"простор, ширь" (В.И. Даль). Однако, наличие в определении притяжательного суффикса -ев даёт основание связывать топоним и с прозвищным личным именем Ширяй, Ширяев. [2]

Село Ширяево с его окрестностями и волжской жизнью дало богатый материал для творчества великого русского художника Ильи Ефимовича Репина. Образы для картины "Бурлаки на Волге" он черпал из жизни судовых рабочих-бурлаков и колодников, ежедневно проходивших по берегу. Их заунывные песни оглашали просторы волжских берегов 200-300 лет тому назад.

В начале XIX века количество бурлаков достигало 300 тысяч, но с развитием пароходства во второй половине этого столетия количество это снижается до 150 тысяч. На вопрос, сколько их было на Волге, один из стариков-бурлаков ответил: "Кроме пароходов и коноводок с ихними баржами и подчалками по Волге ходило тысяч до четырёх судов на лямках и парусах. Для большого судна требовалось не меньше ста рабочих, для среднего - тридцать или сорок, а для малого - от пяти до восьми человек. Так и смекай теперь, сколько нашего брата было на Волге". Другой из них соглашается с этим доводом и подтверждает: "Нас на Волге в то время было много, весь берег был устлан старыми лаптями. Каких там ни встретишь: и русских, и мордовских, и татарских!"

День и ночь тянули бурлаки волжские суда на своих плечах, оглашая воздух печальными песнями, более похожими на плач и стоны замученных людей. Н.А. Некрасов писал:
Выдь на Волгу: чей стон раздаётся
Над великою русской рекой?
Этот стон у нас песней зовётся,
То бурлаки идут бечевой.

С тех пор самая близкая к реке часть берега носит название бечевника. По нему и тянули волжские бурлаки по Волге бечевой (лямкой) хозяйские гружёные баржи. Дорогу свою бурлаки называли путиной. Путины делились на дальние и короткие. Путь от Астрахани до Нижнего Новгорода и Рыбинска считался дальней путиной. Бурлакам, чтобы доставить судно в Нижний, требовалось 75 дней. Путины делились на перемены - участки берегового пути до 30 километров длиною. От Астрахани до Нижнего их было 57. На переменах делали остановки, чтобы сменить людей. На Самарской Луке было несколько перемен: Переволоки, Самара, Ширяевский овраг, Бахиловский и Воровской овраги.

Тяжелым был труд бурлаков. В постоянно согнутом положении они сильно налегали на лямку. От этого развивался туберкулез. Нередко бурлаки лишались зрения, так как во всякую погоду глаза их не защищались то ветра. От прилива крови к наклоненной голове лица становились красными и отечными. Камень и щебёнка ранили ноги. От ходьбы по мягкому, рассыпающемуся песку растягивались сухожилия. Постоянно мокрые ноги страдали ревматизмом.

Подневольный труд волжских бурлаков Репин запечатлел в своём знаменитом произведении. В 1870 году он отправился в первую творческую поездку по Волге вместе с братом Василием - артистом оркестра русской оперы, и друзьями - пейзажистом Фёдором Васильевым и путешественником, воспитанником Академии художеств, Е.К. Макаровым. В тот год Репин совершил путешествие, оставившее глубокий след в его творчестве. Началось оно в верховьях Волги, в Твери, и продолжилось до Саратова. В Ширяеве и сейчас сохранился дом, в котором жили Репин и его друзья.

Свой выбор они остановили на Самарской Луке. "Здесь мы прожили всё лето, - говорит Репин в своих записках. - Приобрели лодку с парусом и часто делали экскурсии для этюдов вёрст по 10-15 вверх и вниз по Волге. Местное население относилось к нам недоверчиво. Они никак не могли понять нашего, невиданного ими дотоле, занятия. Первый же рисунок мой (в альбоме) с группы детей на берегу окончился скандалом. Дети были довольны, получив по пятачку за своё сиденье, но сбежавшиеся матери пришли в ужас: они поколотили детей и заставили их бросить деньги. На плач сошлись мужики и строго потребовали объяснения - кто мы. До нашей избы нас сопровождала уже целая толпа со зловещими лицами и настоятельными требованиями паспортов. Мы вынесли паспорта, но оказалось, некому было их прочитать, толпа была неграмотна..." [19]

Впоследствии Репин неоднократно посещал Жигулёвские горы, где писал этюды к своим картинам: "Шторм на Волге", "Бурлаки на Волге". Раздолье могучей реки, Жигулёвские горы, своеобразие увиденного - ошеломляли. Репин и восторгался, и досадовал одновременно: "Что всего поразительнее на Волге - это пространства. Никакие наши альбомы не вмещали непривычного кругозора. Только фоны не даются нам: их не вместят никакие размеры".

Над "Бурлаками" Илья Ефимович работал до 1873 года. Тогда ещё незаконченная картина побывала на нескольких выставках, а после её появления на академической выставке, в литературе и в художественном мире возникли горячие споры. Прогрессивная часть прессы, передовая русская интеллигенция восторженно встретили картину. Общество поощрения художников присудило за неё премию. Академия художеств - медаль. Консервативная часть художников считала картину "величайшей профанацией искусства" за её сюжет, за смелое новаторство художника.

В письме П.В.Алабину от 26 января 1895 года Репин рассказывает, как создавалась картина: "Мы вставали с восходом солнца и спешили на палубу, чтобы не пропустить ни одного места, и старались набросать, записать и заметить в своих дорожных альбомах всё выдающиеся на длинном пути, чтобы, проехав до Саратова, подняться вверх и остановиться на самом интересном для нас месте.

Волга представилась мне какой-то музыкальной пьесой, вроде "Камаринской" Глинки. Она начиналась заунывными мотивами тянущихся бесконечно линий до Углича и Ярославля, переходила в красивые мелодии в Плёсах, Чебоксарах до Казани; волновалась, дробилась, уходила в бесконечные дали под Симбирском и, наконец, в Жигулях разразилась таким могучим трепаком, такой разбирающей камаринской, что мы сами невольно плясали глазами, руками, карандашами и готовы были пуститься вприсядку. Как в хороводе, заплясал один, другой, больше и больше - вот уже пляшет весь хоровод, выделывая самые животрепещущие коленца...

Мы наметили три места: Ставрополь, Моркваши и Ширяев Буерак, против Царёва Кургана.

Между бурлаками попадались люди просвещённые: Канин (расстриженный поп), Константин, бывший иконописец, Илько-моряк, служивший на восточном океане - на флоте. Они были поражены моими этюдами. Дивлюсь! И тут человек, и там человек".

В своей книге "Далёкое близкое" И.Е. Репин описывает своё путешествие по Волге, встречи с бурлаками, начало работы над картиной. В седьмой главе воспоминаний, называющейся "Ширяево", он пишет: "... На другой день, после чая, мы сразу разбрелись в разные стороны. Макаров неудержимо пополз наверх, к большим глыбам песчаника в виде сфинкса, Васильев с братом направились в Козьи Рожки верхнею тропою, а я взял альбом и пошёл в противоположную сторону - к воложке, как называют ближайшие небольшие притоки Волги..."

Козьими Рожками в воспоминаниях названы известные ранее скалы с оригинальными вершинами, которые стояли до 1952 года чуть ниже скалистого выступа горы Верблюд. Воложка в настоящее время почти исчезла из-за подпора воды в Саратовском водохранилище. От неё остался небольшой проток между берегом и островком напротив восточной части Ширяева.

В приведённом отрывке упоминается какой-то загадочный "сфинкс". Но ведь сфинкс в классическом египетском варианте - каменная фигура льва с человеческой головой. Сфинкс на Волге?... Самое интересное, что это так! Это не выдумка художника, "сфинкс" на самом деле существует и найти его не составляет особого труда.

Если взглянуть на обращённый к Волге безлесный, степной склон Монастырской горы, то на нём видны выделяющиеся из зарослей папоротника-орляка глыбы различной величины. Они заметно выступают на почти ровном, крутом склоне. Репинский 'сфинкс' на Монастырской горе
Появились глыбы-останцы в результате выветривания и состоят они из плотного известняка, а не из песчаника, как неточно выразился Репин в своей книге. Поверхность камней ноздреватая, исхлестанная дождями и ветром, и имеет, порой, причудливые формы. Самая большая глыба, выступающая примерно на середине подъёма, имеет профиль очень похожий на человеческую голову. Стоит только внимательно присмотреться с определённой точки - и вам, как и тогда Репину с его друзьями, каменная глыба покажет свой сказочный лик. Прошло немало лет с тех пор, а "сфинкс" всё так же молчаливо стоит, крепко сросшись с горой, и смотрит на Волгу.

Село Ширяево - родина поэта Александра Васильевича Абрамова-Ширяевца. Родился он в крестьянской семье в 1887 году. Отец его - лесной объездчик - играл на гармонике, а мать хорошо пела. Первые десять лет своей жизни Александр провёл в Ширяеве, где окончил церковноприходскую школу. В 1897 году, после смерти отца, переехал с матерью в Ставрополь. Пробыл два года в Самарском городском училище. Бедность не дала возможность продолжать образование. Служил чернорабочим, писцом. Впоследствии работал чиновником почтового ведомства в Средней Азии. В 1915 году побывал в родном селе, пережил, по его словам, "неистовую радость" свидания с Волгой, Жигулями. Посетил Ширяево и Самару в последний раз в 1922 году, а через два года скоропостижно скончался.

Стихи начал писать с семи лет. Ребёнком бегал Александр к Волге и слушал там песни бурлаков и крючников, ширяевских рабочих - находчиков бутового камня и извести. Детство, проведённое на Волге среди Жигулей, с их богатыми историческими преданиями, раннее знакомство с трудом грузчиков и бурлаков, работавших у купца Ванюшина, наложили печать на всё творчество поэта. Многочисленные легенды и предания о временах Разина, о кладах, зарытых в Жигулёвских горах, особенно пленяли воображение поэта. Воспитанный на поэтических песнях о чудесах волжской природы, Ширяевец до конца своих дней не забывал Волгу, родное село. Жигули. Живя в Туркестане, он тосковал о родных местах и переживал "неистовую радость" встреч с родным Поволжьем, воспевал эти места, опоэтизировал их:

Есть ли что чудесней
Жигулей хребтов!
А какие песни
С барок и плотов!

Точно в сказке, скалы, горы
На вершинах - тёмный лес
Призадумался и смотрит
В бездну синюю небес.
Блещут волны, бродят волны

У откосов берегов,
Рассыпаются на солнце
Миллионы жемчугов...

Его стихи оценил Сергей Есенин, который отзывался о Ширяевце с уважением, а после личного знакомства очень подружился с ним. "Гусляром Волги", "баяном Жигулей" называл его. Стихотворение "Мы теперь уходим понемногу: " Есенин посвятил другу-поэту. Впервые оно было напечатано в 1924 году в журнале "Красная новь" под заголовком "Памяти Ширяевца". Дом поэта в селе Ширяево сохранился и был приобретён Куйбышевским художественным музеем. В нём разместился этнографический музей: здесь представлены предметы крестьянского быта и народного искусства XIX и XX веков.

Ещё Ширяево знаменито штольнями, пробитыми в начале XX века, для добычи камня. Квадраты их входов видны по периметру Поповой горы. Горизонтальные штреки уходят вглубь горы на многие десятки метров. Все ширяевские штольни состоят из шести неравных по размерам и не сообщающихся между собой систем. Развалины деревянных креплений в Ширяевских штольнях Общее количество входов около 35. Самая большая система находится ближе всего к Волге, на высоте около 40 метров над рекой. Высота потолков 3-5 метров, выработки пройдены без деревянного крепления, только в некоторых, наиболее обвалоопасных местах ставились подпорки потолков из толстых брёвен, которые до сих пор сохранились в виде развалин. Основное же крепление потолков осуществлялось за счёт целиков - огромных колонн из породы. Эти опоры чаще располагаются правильными рядами, но иногда приобретают и хаотичное расположение. В штольнях царит величественная тишина, иногда нарушаемая мелодичным перезвоном от падения капель воды с потолка, да звуками, издаваемыми пролетающей летучей мыши. В летнюю жару здесь - вечная и неизменная прохлада.

В полу можно разглядеть следы от шпал узкоколейки, попадаются даже куски рельсов, чудом уцелевшие и не растащенные местным населением. На стенах - изоляторы от проводки. Под ногами камни различных размеров, иногда целые горы заготовленного известняка. Сталагмит Некоторые такие кучи глыб появились гораздо позднее в результате обвалов, поэтому гулять по подземельям не безопасно. Стенки и колоны постепенно разрушаются от времени. В штольнях много обвалоопасных мест. Нам приходилось находить в отдаленных галереях груду огромных глыб и осевший потолок, толщиною 2-2,5 метра. Глядя на это, невольно задумываешься, что может стать с человеком, будь он в момент обвала, и по телу неприятно пробираются мурашки. Особенно часто обвалы случаются в конце зимы и начале весны, когда интенсивно происходит образование наледей по трещинам стен и потолков штолен. Лёд расширяет трещины между неустойчивыми пластами породы и это приводит к обвалам. В этот период в самых холодных участках галерей вырастают целые фантастичные "города" из ледяных сталагмитов, которые порой "доживают" до середины лета.

В штольнях легко заблудиться, поэтому гулять по ним без проводника не рекомендуется. Очень опасно разводить костры в глубине подземелий. Из-за неполного сгорания древесины, в условиях пониженного содержания кислорода может образоваться угарный газ (СО). Газ этот отличается коварством. Он не имеет цвета и запаха. Даже кратковременное вдыхание его может привести к смерти. Дело в том, что он вступает в довольно прочное соединение с гемоглобином крови, человек теряет сознание и задыхается. Такой трагический случай произошёл в мае 1999 года в Сокских штольнях горы Тип-Тяв с несколькими студентами и спасателями.

Мощные залежи карбонатных пород появились в Поволжье благодаря древним морям, существовавшим здесь в карбоне и перьми. Породообразующие минералы - кальцит и доломит - выпадают из морских вод в виде очень тонкого осадка, смешанного с бесчисленными обломками раковин и продуктами жизнедеятельности беспозвоночных, образуя карбонатный ил. Он за многие миллионы лет накапливался в виде мощных слоев на огромной площади. Под огромным давлением ил постепенно твердеет, частично кристаллизуется и превращается в известняки и доломиты. В результате действия тектонических сил произошло образование Жигулевских гор. Благодаря поднятию на поверхности обнажились верхнекаменноугольные отложения, к которым приурочены все крупнейшие современные месторождения строительного камня Самарской области.

Активное использование известняка и доломита для строительных нужд на территории области началось в конце ХVII - начале ХVII веков во время интенсивного строительства в Самаре каменных сооружений. По крайней мере, по пути следования экспедиции Палласа было отмечено немало зданий, построенных из камня. Это были церкви и монастыри, а также сохранившиеся кое-где остатки старых крепостей. Бывшие на Волге в 1830 году геологи Широкий и Гурьев отметили добычу известняка на Самарской Луке: "Удобно ломаясь, он служит хорошим материалом для строений". Село Ширяево и завод. Вид с Волги (1898 год) В то время в Самаре появились первые булыжные мостовые, правда, лишь на немногих центральных улицах. Добыча известняка для производства строительного камня, а затем для производства извести издавна велась в Жигулях на небольших кустарных каменоломнях. Так, на одной из них, у подножия Поповой горы в селе Ширяево в 1897 году возник первый завод - "Ширяевец", принадлежавший купцу Макарову из Уральска и его зятю Назарову из Самары. 1 июля 1900 года этот завод был приобретён известным предпринимателем, саратовским купцом Г.С.Ванюшиным. Завод 'Ширяевский' у подножия Поповой горы в 1900 году В последствии у него появился завод на Липовой Поляне, который затем стал именоваться "Богатырь"11. Кроме каменоломен, камнепильного и алебастрового заводов в Ширяеве Ванюшин имел каменоломню в Царевщине, ему же принадлежали в Ширяеве пахотные земли, сад и ветряная мельница. Вверх по долине Ширяевского оврага находились карьеры Товарищества химических заводов П.К. Ушкова и К0. Предприимчивый Ванюшин пытался развернуть комплексную разработку таящихся в недрах Жигулей богатств. Документы свидетельствуют о том, что он стремился освоить производство цемента, шифера и других исключительно ценных строительных материалов. В этих целях он завязывал связи с различными заграничными фирмами и компаниями. Так, в 1900 году вступает в переговоры с акционерным обществом "Артур Коппель" в Москве, которое изготовляет по его заказу ряд проектов и сметную документацию на сооружение портландцементного завода с годовой производительностью 60 тысяч бочек.

Таким образом, село Ширяево стало центром горной промышленности Жигулей по добычи бутового камня, высококачественных известняков, доломита, производства извести и алебастра. До революции 1917 года в селе насчитывалось около 200 дворов. Большая часть населения было занято на горных работах в каменоломнях и на заводах Ванюшина и Ушкова: забойщиками, каменоломами, грузчиками. Лишь небольшая часть ширяевцев занималось земледелием. Оно здесь на втором плане, ибо земля, пересеченная оврагами и горами, неудобна для ведения сельского хозяйства. Незначительный процент населения занимался пчеловодством и рыболовством.

Впоследствии, в 30-е годы нашего столетия, здесь образовалось три завода: "Ширяевец", "Бурлак" и "Богатырь", вошедшие в управление местной промышленности под именем "Жигулёвской группы известковых заводов" (ЖГИЗ). Самый старый из заводов - "Ширяевец" - располагался у подножия Поповой горы, "Бурлак" - по дороге на Липовую Поляну и "Богатырь" - на самой поляне. ЖГИЗ просуществовала до Великой Отечественной войны. Завод "Богатырь" был реконструирован и переименован в Жигулёвский известковый завод (ЖИЗ), который до сих пор отрабатывает месторождение Липовая Поляна (карьер "Богатырь").

Все заводы работали на сырье, добываемом закрытым способом. В 1955 году перешли на открытый. Работы по добыче известняка на Поповой горе велись до 1961 года. За это время было пройдено несколько десятков километров подземных выработок. Штольни простираются вглубь гор до 500 метров, а вдоль Волги (в общей сложности) - до 6 километров. Сейчас эти полости являются объектами посещения любопытных туристов,

Из отвалов пустой породы на протяжении нескольких километров волжского берега отсыпана терраса шириной и высотой до 50 метров. Сейчас она местами расширена, выровнена, по нижней её части проложена автомобильная дорога от посёлка Богатырь до Ширяева. Многие овражки вдоль Волги и западная сторона приустьевой части Ширяевской долины погребены под отвалами и терриконами неиспользованной породы. Долгое время сюда свозили отходы производства из действующего карьера "Богатырь".

На Поповой горе горными разработками обнажена свита пластов высотой около 80 метров. В карьерах и штольнях добывались самые разнообразные сорта известняков, которые носят названия: медвежатник, белый и синий кремень, дребняк, ноздряк, песичный. Известно около двадцати сортов. Наиболее ценный сорт фузулинового известняка - "химический", употребляющийся в стекольном производстве и в производстве негашёной извести. На Липовой Поляне добывался известняк "стеклявый", а так же "розовый рядок", обладающий розовым цветом и похожий по строению на мрамор, довольно хорошо полирующийся. Из него выделывали красивые письменные приборы, полированные плитки для каминов и голландских печей.

Мягкие сорта известняка легко поддаются обработке ручным отбойным молотком, отёске "секирой" и распиловке продольной пилой на плиты разных размеров для полов. Из этих сортов изготовляют цоколь, ступени, подоконники в полированном виде - для внутренней отделки зданий. Более плотные сорта известняка применяли при выработке памятников, ступеней, колонн. Тёсаные камни из Ширяева шли на устои мостов и многие другие дорожные сооружения. Из этих же известняков были сделаны большинство мостовых в Самаре и других городах области. За годы пятилеток в Куйбышеве (Самаре) построено много зданий, строительным материалом для фундамента которых служили известняки с Поповой горы.

Продукция заводов шла далеко вверх и вниз по Волге, имела распространение от Кинешмы на севере, до Астрахани на юге, от Тамбова на западе до Уральска и Владивостока на востоке. Известно, что ширяевские заводы поставляли бутовый камень и облицовочный материал для строительства Саратовского университета. Строительные материалы Жигулей получили мировое признание. Продукция ширяевских заводов была дважды удостоена медалей на мировых выставках: в 1905 году - в Льеже и в 1906 году - в Милане (Александрова, 1974). [1]

Ранней весной на Волге, близ ширяевских заводов, выстраивались баржи и дощаники (большие плоскодонные суда до 20 метров длинною) на которые всё лето грузили и отправляли в разные пункты добытое сырье. При весеннем разливе Волги вода далеко заходила по маленькому протоку - ерику в самое село, облегчая погрузку продукции на баржи. В это период погрузочные работы велись ускоренным темпом, чтобы максимально использовать высокую воду. В настоящее время ерик перегорожен тремя плотинами и превращён в несколько прудов, где вода держится большим зеркалом даже в сухое лето и используется для нужд посёлка.

Сырье для заводов добывалось ломкой камня в карьерах и штольнях. Добытый известняк спускался к заводу у подножия горы с помощью бремсбергов. Бремсберг (немецкое bremse - тормоз, berg -гора) - устройство для спуска добытого сырья по наклонной плоскости горы представляет собой проложенные по склону рельсы, по которым двигаются специальные вагонетки с породой. Камень-сырец подвергался обжигу в гофманских печах. От рабочих требовались особая внимательность и опытность при слежении за процессом нагрева, ибо недогрев или перегрев печей влёк за собой брак продукции. После обжига, производимого при температуре 1000-1200°С, открывались двери камер "гофманки" и оттуда выкатывались вагонетки с белой, как снег, негашёной известью. Первоначально известь выжигали на дровах, для чего было вырублено немало леса в Заводской лесной даче, обеспечивавшей топливом Жигулёвскую группу известковых заводов. Двадцать кубических метров в сутки расходовалось дров в гофманских печах завода "Ширяевец". В дальнейшем (в 1949 году), печи были переведены на газовое отопление.

2000 год.Все,  что осталось от завода Ширяевец В наше время от завода "Ширяевец", к сожалению, почти ничего не осталось. Сохранились небольшие развалины стен на берегу Волги, несколько, ещё не разобранных на камень, старых бараков у подножия Поповой горы, да неполное основание взорванной (в середине 90-х годов) заводской трубы. Труба была уничтожена из-за аварийного состояния, хотя её можно было бы сохранить как исторический памятник горнодобывающей промышленности нашего края.

Первоначально в каменоломнях известняк выламывали в основном ручным способом. Кувалда, вплоть до Октябрьской революции, была основным орудием труда горнокаменоломщика. Один из старейших рабочих-взрывников рассказывал: "Взрывы в штольнях производились допотопным способом, без бикфордова шнура. Не хотел раскошеливаться Ванюшин. "Не хочешь взрывать без шнура - мотай дальше, без тебя обойдёмся!" - стращал управляющий. Насыплешь пороховую дорожку на камнях, укроешься за выступ или за камень, возьмёшь в руки запал (длинная палка с горючим материалом на конце), подпалишь его, поднесёшь к пороховой дорожке и бежишь. Бывало, не успевали убегать. От порохового дыма многие зрение потеряли. И от известковой пыли тоже. Особенно подрывники и каменоломщики. Позже стали применять пневматическое бурение. В пробуравленный канал, 60-80 сантиметров длиной и 4 сантиметра в диаметре, закладывалась взрывчатка. Следы каналов и овальные углубления от взрыва на их конце и сейчас можно обнаружить на стенах штолен.

Более интенсивно разработка горных пород стала вестись с появлением буровзрывного способа добычи. Начало этому было положено в 1931 году, когда был произведён первый сверхмощный взрыв Поповой горы с целью получить огромное количество сырья для местных заводов и опытным путём изучить результаты взрывов большой силы. Под Попову гору было заложено около 35 тонн аммонала. В результате взрыва было получено свыше 200 тысяч куб. метров камня. Целая армия наблюдателей и фотографов следила за историческим событием. За несколько минут до момента взрыва сторожевой пароход задерживал идущие по Волге суда. Население Ширяева уходило частично в безопасное место - соседний Медвежий овраг.

Послевоенный размах строительства потребовал больших запасов сырья для производства цемента, извести, щебня. Интенсивная эксплуатация Жигулей началась во время строительства Волжской ГЭС имени В.И. Ленина. Великая стройка страны нуждалась в огромном количестве строительного материала. Перспектива полного уничтожения Жигулей, ныне представляющаяся чудовищной, около полувека назад рассматривалась, если не как желанная, то как вполне допустимая. "Запасы известняка в Жигулёвских горах, ввиду их колоссальности, не поддаются учёту и могут считаться неисчерпаемыми на сотни лет. Так, если только взять запасы известняков на 1 километр вглубь горы забоем 100 метров вышиной, то получим громадное количество известняка, т.е. в 10 миллиардов кубометров". [9] Именно так, в кубометрах, в те времена измерялась красота Жигулей, а об уничтожении уникального, неповторимого ландшафта с комплексом редких растений и животных - не вспоминали. То, что мы теряем, обсуждать было не модно.

Вместо причудливых скал, разбросанных среди лесов на горных склонах, волжские берега "украшают" выемки карьеров и осыпи отвалов. При этом в жертву приносится не только красота. Карьеры разрушают осевую зону дислокации, и мы лишаемся возможности изучать уникальную геологическую структуру гор на платформе. Другого такого участка на Русской равнине, да и на других платформах нашей планеты, нет. [12]

Сегодня на Поповой горе - тишина. Склоны залечивают, как могут, свои раны, зарастая чабрецом, зверобоем, душицей, молодыми берёзками и осинками. На человека здесь надежды мало. Первоначально были попытки воссоздать внешний облик Поповой горы, для чего сюда свозились вскрышные породы из карьера "Богатырь". Но благое начинание было вскоре прекращено.

Изучением штолен, как и других искусственных подземных полостей на территории области, до последнего времени, в основном, занимались энтузиасты-одиночки. Только в начале 70-х годов достаточно большую работу провели спелеологи секции "Жигули". В 1974 году результаты легли в основу геологических изысканий по учёту и обследованию бесхозных естественных и искусственных горных выработок, проводившихся по заданию военного ведомства, с целью определения возможности их использования для различных нужд народного хозяйства. Но доступ к этим отчётам закрыт до сих пор.

Посещая обнажения известняков и внимательно осматривая куски породы, зачастую можно заметить фрагменты раковин ископаемой фауны или их отпечатки. Иногда встречаются очень красивые целые "слепки", представляющие точную копию или структуру некогда жившего морского организма. Чаще всего в известняке обнаруживаются хорошие образцы раковинок фузулин и швагерин. Это раковинные амёбы, которые вели планктонный образ жизни в том, далёком от нас, тёплом, мелководном, каменноугольном море. Их раковина достигала до 1 сантиметра в длину и похожа на зерно или горох. Известняк, образовавшийся благодаря этим гигантским одноклеточным, получил название фузулиновый, или "каменная рожь". Ещё в карбонатных породах попадаются плеченогие (брахиоподы) - животные похожие на современных двустворчатых моллюсков, стебельки морских лилий, обломки игл морских ежей, скелетики одиночных кораллов - ругоз. Иногда в пустотах известняков можно обнаружить очень красивые щётки и друзы кальцита, причём крупного размера. Прозрачные или полупрозрачные пирамидки торчат во все стороны, облегая стенки полостей.

У подножия Поповой горы находится месторождение гипса, залегающего в виде штока до 15 метров мощности. Ближе к подошве склонов белый гипс переходит в ангидрит, известный под названием "жигулёвского мрамора". Он хорошо поддаётся обработке. Здесь до сих пор с помощью специальных станков, напоминающих гигантскую циркульную пилу, производится распиловка породы на бруски, из которых изготовляют отделочный материал для зданий.

Животный мир заброшенных штолен Поповой горы не богат и до сих пор не изучен в полной мере. Оставленные человеком полости служат теперь убежищем для разнообразных позвоночных и беспозвоночных животных. Большинство из них появляются в пещерах осенью и исчезают весной, так как свойственная подземельям высокая влажность и ровная, умеренно-низкая температура (в глубине подземелий она круглый год равна 3-8°С и лишь ближайшие ко входам части охлаждаются) очень благоприятны для зимней спячки многих животных. Летом же, холодные и тёмные пещеры мало пригодны для жизни.

Ушан бурый Из позвоночных животных, летучие мыши - самые характерные обитатели искусственных пещер. В Самарской области их насчитывается 10 видов и все они в настоящее время редкие. Ширяевские штольни являются крупнейшим местом зимовок. В Самарской области их 5: ушан бурый, северный кожанок, ночницы усатая, водяная и прудовая. Летом они здесь не живут и появляются тут изредка, но в конце сентября - начале октября начинают массовое заселение и формирование зимней колонии. Зверьки продолжают вылетать на кормёжку и ночные прогулки, а к середине декабря заселение заканчивается, начинается зимовка.

Зиму рукокрылые проводят в глубоком сне, забиваясь в трещины и ниши или, повиснув вниз головой, на стенах и потолках. Для укрытия выбирают наиболее разветвлённые, подальше от входов, галереи, где температура и влажность наиболее стабильны. Многие ночницы, особенно прудовые, собираются по несколько вместе, тесно прижавшись одна к другой, небольших скоплений в штольнях найти трудно. В одиночку обычно зимуют ушаны и северные кожанки (очень редко можно встретить по двое-трое). Они отличаются большой холодоустойчивостью и могут спать при температуре до -4°С, тогда как другие виды избирают температуру не ниже 2-3°С. Все летучие мыши избегают сквозняков и пониженной влажности.

Зимний сон рукокрылых заметно отличается от глубокой и непрерывной спячки таких зимующих зверьков, как суслик, сурок, соня, ёж. Своеобразие его заключается в лёгкости перехода животного из состояния оцепенения к активности и обратно. Достаточно легкого прикосновения, шума или яркого света, чтобы разбудить зверька. Он начинает быстрее дышать и шевелиться. При дотрагивании поворачивает голову в сторону раздражителя, раскрывает рот, как будто зевает, и издаёт медленный скрипуче-шипящий звук, пытаясь отпугнуть обидчика. Если зверёк достаточно согреется, то он улетает.

Зимний сон летучих мышей регулярно прерывается кратковременными периодами бодрствования. Даже в середине зимы нередко можно увидеть летающих по пещере зверьков. Более того, в это время у них может происходить спаривание. Случаи пробуждения особенно учащаются в конце зимы. С начала апреля наблюдаются почти беспрерывные подлёты ко входам в штольни.

Чаще всего в штольнях встречается ушан. Этот вид летучих мышей невозможно спутать с другими, отличающийся непомерно большими ушами. Правда, во время спячки уши у зверька не всегда видны. Чтобы их не обморозить, он аккуратно заправляет их под напоминающие плащ крылья, но стоит его потревожить, как уши медленно расправляются. Хотя ушан способен поселяться в самых разнообразных местах, тем не менее, стал редким.

Несмотря на то, что летучие мыши выбирают для зимовки места достаточно удалённые от входов, это не гарантирует им полную защиту от случайных посетителей, причиняющих значительное беспокойство. Рукокрылые особенно уязвимы и беззащитны, когда располагаются на стенках штолен невысоко от пола, и их легко потревожить. Порой, летучие мыши становятся жертвами человеческого любопытства, или же, наоборот, панического неприятия их неприглядного внешнего вида и странного поведения. Уничтожая летние убежища этих полезнейших зверьков и распугивая их в местах зимовок, человек лишает сам себя природных союзников в борьбе с вредными насекомыми. Нельзя забывать, что летучие мыши вместе с насекомоядными птицами, совами и жабами, составляют в сложных взаимосвязях природы значимый естественный регулятор численности насекомых.

Кроме рукокрылых, в Ширяевских штольнях можно увидеть гнездящихся по нишам сизых голубей (в своей естественной, в отличие от городской, среде обитания). Держатся они здесь и зимой. Другие позвоночные скорее случайно становятся обитателями штолен. В пещерах могут встретиться обыкновенные землеройки-бурозубки, рыжие полёвки, желтогорлые мыши, значительно реже - серые крысы. Что их привлекает сюда и как тесно связана их жизнь со штольнями, неизвестно.

В качестве зимнего убежища штольни служат и для некоторых насекомых. Здесь, на стенках попадаются двукрылые: некоторые виды комаров, грибные комарики, мухи. Из бабочек часто встречается зубчатокрылая совка.

Аполлон Здесь же, недалеко от штолен, если повезёт, можно встретить ещё одну редкость. Это самая крупная у нас в области дневная бабочка - Аполлон. Её красота и величина стали причиной её безжалостного истребления. Распространён Аполлон широко - от Западной Европы до Алтая, но всюду редок и встречается локально, на ограниченных участках своего ареала. Живёт оседло. Поэтому, будучи истреблённым в одном месте своего ареала, он никогда не восстановится, т.к. не происходит притока особей из других мест. Бабочка обитает в сосновых лесах, в местах, редко посещаемых людьми. Летает медленно, часто планирует, любит садиться на цветы. Застигнутая врасплох, обычно не улетает, а, расправив крылья, падает на землю. Резкие контрастные пятна на нижних крыльях и шипящий звук, издаваемый при трении лапок о мембрану крыльев, отпугивает врага. Только это эволюционное приобретение оказалось неэффектным против человека. [16]

Вокруг штолен, на склонах Поповой горы, обращенных к посёлку, резко выделяется ландшафт каменистой степи, сопровождаемой редкими сосновыми насаждениями. За миллионы лет существования в скальных условиях сосна приобрела свои отличительные черты: невысокая, с редко расположенными ветками, зачастую с искривлённым стволом, она отличается от прямоствольных сосен, растущих на песках Заволжья. В степных участках опытный глаз ботаника тотчас найдёт реликтовые и эндемичные растения. Лес и степь так близко соприкасаются, что в нескольких шагах от ковыля в тени цветёт ландыш.

Прострел Весной каменистая степь отличается необычайной красотой. Из-за большого разнообразия растений степь покрывается то одним, то другим цветом, и чуть ли не каждую неделю меняет свой цветочный наряд. В тёплые дни открывают свои фиолетовые колокольчики с жёлтым султанчиком из тычинок в центре, прострел раскрытый, или "сон-трава". Первоцвет весенний Маленькими солнцами ослепительно желтеют цветки горицвета, или адониса волжского. Этот "горящий цветок" своё второе название получил от имени Адон - бога солнца у финикийцев и ассирийцев. На щебнистых склонах розово-фиолетовой россыпью выделяются астра альпийская, клаусия солнцелюбивая, василёк сумской, наголоватка паутинистая. У подножия горы, в более увлажнённых местах желтеют цветки мать-и-мачехи и великолепного крупного растения - первоцвета весеннего. Многие красивоцветущие и эффектные растения Поповой горы нуждаются в охране. Их численность подрывается не только вырыванием на букеты, но и вытаптыванием склонов, приводящих к нарушению хрупкого равновесия природы каменистых степей.

Глядя на фотографии столетней давности и сравнивая с современными, понимаешь, сколь сильные изменения произошли в Ширяеве за такой короткий период и особой радости от этого не испытываешь. Посёлок разросся по всей ширине долины, стал более благоустроенным и уютным. Но исчезла, к сожалению, церковь, не сохранился крупнейший в Жигулях завод "Ширяевец", хотя из него можно было сделать прекрасный музей истории горнодобывающей промышленности. Утрачены не только рукотворные памятники истории. Попова гора изрядно изуродована, её подножие захламлено отходами отвалов и строительным мусором. Монастырская гора значительно "полысела" из-за вырубок леса на её склонах. Но всё-таки, хочется верить в то, что человек когда-нибудь научится ценить то, что создали природа и он сам, а наши потомки будут восторгаться красотами "междугорья" не только по архивным фотографиям.

foto1-1

(Все фотографии авторские и из коллекции автора).


Варенов Дмитрий Владимирович.
Главный хранитель зоологического
музея СамГПУ, ассистент кафедры
зоологии СамГПУ.

 



ЛИТЕРАТУРНЫЕ ИСТОЧНИКИ.

  1. Александрова Т.А. (составитель). Город Жигулёвск. Куйб. кн. изд-во, 1974. 34,120-121с.
  2. Барашков В.Ф., Дубман Э.Л., Смирнов Ю-К Самарская топонимика. Изд-во "Самарский университет", 1996. С.183.
  3. Горелов М.С. Млекопитающие Самарского края. Самара, 1996. С.19-31.
  4. Емельянов М.А. Жигулёвская кругосветка. Куйб. кн. изд-во. 1937. С.193-202.
  5. Емельянов М.А. Жигулёвская кругосветка. Куйб. краевое изд-во, 1935. 144с.
  6. Емельянов М.А. Самарская Лука и Жигули. Куйб. кн. изд-во. 1955. 292с.
  7. Ерофеев В. Ширяевский овраг. // "Зеленая книга" Поволжья. - Самара: КИ, 1995. С.251-254.
  8. Иванова Н. По репинским местам. // Волжское раздолье. Куйб. кн. изд-во, 1978. С.42-50.
  9. Коцоурек В., Обуховский Н. Естественные строительные материалы Средневолжского края. Средневолжское краевое посуд, изд-во, Москва-Самара, 1934. С.34.
  10. Криволупкая Л.И. И.Е. Репин на Волге. // По Куйбышевской области. М, Физкультура и спорт, 1987. С.102-113.
  11. Небритов Н.Л. Богат минералами край Самарский // Самарские губернские ведомости-150. N5(20). 1998. С.7.
  12. Обедиенгова Г.В. Из глубины веков. Куйбышевское кн. изд-во, 1988. С.197.
  13. Панков В. Меркул и Санек. // Зелёный шум. Куйбышевское кн. изд-во, 1987. С.78-84.
  14. Потапов А.М. Самарская лука. Гос. изд, средневолжск. краев, отд., М-Самара, 1931. С.102-112.
  15. Репин И.Е. Далекое близкое. Л., 1982. С.250-265.
  16. Сачков С.А. Аполлон. // Зелёный шум. Куйбышевское кн. изд-во, 1982. С.173-174.
  17. Соболев А.В. Жигулёвская кругосветка. Куйб. кн. изд-во, 1965. С.108-111.
  18. Стрелков П.П. Обитатели искусственных пещер. // Природа, N5.1961. С.106-109.

 

Главная

Наверх

Содержание выпуска

 Web_мастер  
Дизайн - группа "ВебМонтаж".
© 2000, Самарская Лука.